counter

В моде – естественность: экс-амурчанка Виктория Алексеевнина рассказала о тенденциях в пластической хирургии и переезде

11 августа, 11:28
2442
2
В моде  естественность эксамурчанка Виктория Алексеевнина рассказала о тенденциях в пластической хирургии и переезде

Известный благовещенский пластический хирург Виктория Алексеевнина покинула Амурскую область и переехала в Хабаровский край. О том, какие тренды сейчас в пластической хирургии, почему хирург уехала из Благовещенска и как сохранить молодость как можно дольше без пластических операций, Виктория Викторовна рассказала Amur.life.

– Виктория Викторовна, есть такое понятие как «отсутствие культуры ухода за собой», когда люди впадают в крайности – или вообще ничего не делают или, под влиянием рекламы и начитавшись женских журналов, начинают делать все подряд, не зная меры…

Все пациенты разные. Есть те, кто приходят и говорят: «Вот вы меня сейчас прооперируете и у меня всё будет хорошо». Но, если женщина до 60 лет никогда не пользовалась кремами, не пила витамины, когда у неё лицо изъедено солнцем, вредными привычками – ей пластическая хирургия уже не поможет. Даже если сделать подтяжку лица и век – моложе человек не станет. Вообще после 35 лет нужно обязательно принимать микроэлементы, ходить к эндокринологу, гинекологу и косметологу.

– Для тех, кто исправно за собой следит, но всё же решается лечь под нож… Как не перейти эту границу естественности в погоне за идеалом?

– Сегодня задаются стандарты естественности – если это грудь, она должна быть пропорциональна телу. Высокой женщине – ростом около 2-х метров, с широкой грудной клеткой – нельзя ставить маленькие импланты. У неё должна быть большая грудь, на фоне роста, веса – она не может иметь маленькую грудь. Должна быть фигура гитары. Тогда будет красиво.

То же касается лица. Человеку молодость придает объем лица. Почему мы выглядим старше, чем дети? У детей в лице есть объем. У нас объем с годами уходит. Кожа начинает подвисать, и мы выглядим старше. Чтобы восстановить объем надо ходить к косметологу – они работают со структурой кожи, колоть препараты. А мы как дополнение – например, если человек похудел на 80 килограмм и у него обвисла кожа – хирурги должны её натянуть, срезать. Иногда приходят пациенты и говорят – я к косметологам не хожу, мне только операция нужна. Это неправильная философия. В любом случае сначала надо ходить к косметологу – а когда наступают возрастные изменения – тогда да, к нам. Но на временный этап, а в дальнейшем опять идти к косметологу и поддерживать полученный результат.

– Приходилось ли вам отговаривать людей от операции?

– Да, и не раз. Если человек прекрасно выглядит, и я считаю, что ему не надо делать грудь, так как своя красивая – я так и говорю – зачем вам инородные тела? Рубцы? Зачем возможные повторные операции? Нужно хорошо подумать, прежде чем принять такое серьёзное решение – лишний раз себя подвергать наркозу не стоит. Чаще всего подобные ситуации происходят с операциями на грудь – приходят молодые девушки с красивой грудью и хотят её увеличить. Мы многих отговариваем. Не так всё просто. Любая операция – большой риск осложнений. Пациенты подписывают бумаги – что могут быть осложнения, вплоть до летального исхода. Мы придерживаемся определенных требований. На операцию надо идти тогда, когда в этом действительно есть необходимость – огромный отвисший живот, диастаз, грыжи, отвисшие с годами веки. Чтобы эстетически лучше выглядеть.

– Какие операции сейчас наиболее популярны?

– У женщин в последние годы – абдоминопластика и веки. Чаще всего преобладает первое, потому что сейчас женщины рожают по 3-4 ребенка. После многочисленных родов живот не может выглядеть идеально. Там и диастаз, и слабые мышцы, которые не удерживают внутренние органы, и растянутая кожа. Сейчас пластическая хирургия в абдоминопластике на высоком уровне, можно сделать идеальный живот. Мы её делаем практически каждый день. У мужчин по численности лидируют операции на веки. Но представители этого пола оперируются значительно реже женщин, примерно 1 к 9.

– Случалось такое, что вы с пациентом всё обговорили, есть четкий сценарий операции, пациент ложится на стол, наркоз, и в процессе операции вы понимаете, что делать будете по-другому?

– Мы всегда обговариваем с пациентом весь сценарий операции, этапы. Но, действительно, есть операции, которые иногда бывают непредсказуемые. Например – ринопластика. Если будет отсутствие каких-то хрящей, перегородок и нам не будет хватать материала – мы сразу предупреждаем – что будем брать его из других частей тела. Либо с уха, либо с рёбер. Может операция пойти по другому пути, другой методике. Но такого, чтобы кардинально менять ход операции – не было.

– А какие операции вы любите делать чаще всего?

– Мне очень нравится делать веки. Потому что они омолаживают человека, делают красивый взгляд. Очень нравятся носы – хирургически их сложно делать, а вот результат меняет человека. Третья моя любимая операция – это животы. Самое большое количество пациентов довольных именно после этой операции.

– А вы всегда хотели быть именно пластическим хирургом?

– Это желание пришло со временем. После окончания АГМА и ординатуры я начала работать в АОКБ. Через некоторое время меня отправили в командировку в Магдагачинский район, после неё я приняла решение остаться. И прожила там 11 лет. За это время была и заведующей отделением, и заместителем по клинико-экспертной работе, лечебной работе. И главным врачом. Но все годы работала хирургом. Это большой опыт и тяжелый одновременно. Такого опыта в городе не наберешься. Так как ты единственный хирург. Помощник у тебя только травматолог, либо гинеколог. И день и ночь вы ходите в операционную. Оперируете ножевые ранения, огнестрельные. Очень много травм, экстренной хирургии, о которых в книжках не написано. И ты должен быстро принимать решение. Ты практически не спишь каждую ночь. Я рада что такой опыт приобрела. Такое количество операций, сколько я сейчас делаю – никогда не сделала бы, если бы не попала в Магдагачинский район. Потом настал момент, когда я поняла, что с экстренной хирургии надо уходить. Тем более у меня было двое маленьких детей. Хотела уйти в плановую хирургию – на проктолога или сосудистого хирурга. Как раз в тот момент в России стала активно развиваться пластическая хирургия. Я поехала и прошла первичную специализацию. И как только я отучилась – через год переехала в Благовещенск. Сначала устроилась в 3-ю городскую больницу. Там со временем построили новый хирургический корпус. Там оперировали всех наших пациентов. Плюс пациентов лор-профиля. Работали много совместно с лор-врачом. Делали ринопластики, операции на перегородки. Потом перешла в областную больницу. В общей сложности пластическим хирургом я работаю уже 9 лет.

– Почему приняли решение покинуть город?

– Несколько месяцев назад я уехала из Благовещенска. На самом деле было несколько причин. Во-первых, для пластической хирургии, чем больше город – тем лучше. Потому что больше пациентов. Переезд был запланирован ещё и из-за детей – здесь они будут учиться в ВУЗах. А вообще я переехала к себе на родину, так как родилась в Хабаровском крае. Любой хирург уезжает туда, где ему лучше, комфортнее.

– Чем запомнились амурские пациенты?

– Население у нас очень хорошее. Ничего плохого сказать не могу. При этом, пациенты Благовещенска и Хабаровска особо ничем не отличаются. Насколько разные у них запросы? Операции делаются практически одни и те же. Но в Хабаровске пластическая хирургия более востребована. Население в 4 раза больше. Работы намного больше.

– Там, где вы сейчас, много пластических хирургов?

– Сейчас нас двое, до моего приезда там был 1 пластический хирург. Помогаем друг другу. Можем друг друга взаимно заменять. Оперируем вместе – чтобы человек находился как можно меньше времени под наркозом. В среднем у нас операция идет от 15 минут до двух часов.

– Количество клиентов не меняется?

– Когда только начинала работать пластическим хирургом – пациентов было немного. Я тогда делала 2-3 операции в неделю. В то время больше занималась экстренной хирургией по ночам. Потом в геометрической прогрессии пациенты стали расти. На данный момент мы уже делаем по 3 операции в день. В среднем запись на 4-5 месяцев вперед. В последнее время пациентов становится больше. Сейчас никто не хочет стареть. Все хотят долго выглядеть красиво и молодо. Люди очень за собой следят. Если сравнить 30 лет назад – как люди выглядели в 30 или 40 лет. И сейчас – в 30 лет – человек может выглядеть вообще как ребёнок. Это такая общая тенденция выглядеть хорошо, красиво.

– Мастера по маникюру зачастую ходят к своим коллегам. Потому что делать самой себе маникюр неудобно. У вас был опыт, когда вы обращались к своим коллегам за помощью в изменении внешности?

– Нет, пока ничего не делала. Если соберусь – пойду к своим коллегам.

– А как вы считаете, пластический хирург обязан отлично выглядеть?

– Он точно должен выглядеть хорошо. Я состою в клубе пластических хирургов. И знаю много специалистов, которые хорошо одеты, ухожены. Я бы сама не пошла к врачу, у которого грязный халат или он не расчесан. Любой доктор, и не только нас это касается, должен быть показателем здоровья, красоты внутренней и внешней. Хирург должен выглядеть на все 100. Я стараюсь этому соответствовать – хожу к косметологу. На массаж. Занимаюсь спортом. Пью микроэлементы и витамины.

Все подряд
По рейтингу
Развернуть все
Анна Соколова
Анна Соколова
11 августа, 13:26
Хороший хирург, успехов! Лично не сталкивалась, но отзывы знакомых только положительные!
lena2010
lena2010
11 августа, 17:44
Человек не способный признавать свои множественные ошибки в работе, не заслуживает ни уважения, ни хвалебных откликов. Единицы довольных женщин и десятки покалеченных. Она не заслуживает звания врача!
Добавить комментарий
Авторизуйресь, чтобы оставить комментарий.