https://www.amur.life/news/2026/11/17/ya-sam-stalkivalsya-s-proyavleniem-chuda-v-den-35-letiya-so-dnya-vozvrascheniya-glavnoy-svyatyni-priamurya-v-cerkov-evgeniy-eremin-rasskazal-ob-istoricheskom-sobytii

«Я сам сталкивался с проявлением чуда»: в день 35-летия со дня возвращения главной святыни Приамурья в церковь Евгений Еремин рассказал об историческом событии

17 ноября 2026, 17:15

Как сообщал Amur.life, 17 ноября исполнилось 35 лет с того дня, как одна из главных амурских святынь чудотворная Албазинская икона Божией Матери вернулась из краеведческого музея в церковь. Участниками этого события в 1991 году стали тысячи горожан, которые прошли с крестным ходом от музея до собора на улице Горького. Этот случай стал в современной России прецедентом возвращения святыни такого уровня верующим. Евгений Ерёмин, руководитель краеведческой общественной организации «Шуми, Амур!», известной резонансными проектами по возвращению исторической памяти региона, в интервью Amur.life рассказал о тех исторических событиях и о личном опыте взаимодействия с чудотворной иконой.

– Евгений, 17 ноября 1991 года в Благовещенске произошло событие, значение которого вышло далеко за пределы области. Почему возвращение Албазинской иконы, тот факт, что из краеведческого музея ее перенесли в православный собор, называют уникальным прецедентом?

– Потому что в ноябре 1991 года в стране еще не существовало ни законодательной базы, ни четкого механизма реституции церковных ценностей – официальный государственный процесс начался только в декабре того же года. Например, ту же Владимирскую икону передали церкви лишь в 1999-м. А у нас, на дальневосточном рубеже, всего через три месяца после августовского путча ГКЧП, когда старые идеологические установки еще были очень сильны, это произошло. Причем вопреки бытующему мифу, икона не была заперта в тайных запасниках – она выставлялась в залах областного краеведческого музея как экспонат. Но для верующих она оставалась живой святыней, заступницей земли Амурской.

Фото: Благовещенская епархия

– Кто стал главной движущей силой этого возвращения, как это удалось?

– Это был редкий пример синергии, когда в одной точке сошлись усилия церкви, прессы и власти. В 1991 году в Благовещенске из почти тридцати дореволюционных храмов и домовых церквей действовал только один приход – на улице Горького. Тогда он относился к Хабаровской епархии, носил имя Благовещения Пресвятой Богородицы и фактически выполнял функции кафедрального собора (имя Архангела Гавриила он получил чуть позже, с возрождением Благовещенской епархии и приездом владыки Гавриила). Именно его настоятель – единственный тогда в городе священник, протоиерей Валентин Полищук, и активные прихожане, среди которых был будущий клирик епархии архидиакон иеромонах Еливферий, взяли на себя основную тяжесть этой работы. Они собрали более пяти тысяч подписей жителей области под обращением о передаче образа и прошли все инстанции.

– В те месяцы вокруг судьбы иконы развернулась настоящая полемика.

– Да. мнения разделились. Кто-то выступил на стороне музейного руководства и сохранения статус-кво. Но в открытую дискуссию вступили прогрессивные журналисты – газета «Амурский комсомолец» и местное телевидение. Настоящими локомотивами этой медийной кампании стали журналисты Сергей Логвинов и Александр Герасимов. Их острые публикации и эфиры вывели просьбу прихожан на уровень общегородской повестки. Кстати, позже эта история получила красивое продолжение: возглавив ГТРК «Амур», Александр Герасимов учредил ежегодный телефестиваль «Слово плоть бысть» – по названию самой Албазинской иконы, в судьбе которой он когда-то принял участие.

– А как повели себя руководители города и области в этой ситуации?

– Они проявили государственную мудрость. Пакет документов с подписями горожан был направлен председателю Амурского областного Совета народных депутатов Анатолию Николаевичу Белоногову, через которого бумаги ушли на согласование в Министерство культуры РСФСР, и 30 октября министр Юрий Соломин подписал исторический приказ. Активную организационную поддержку на месте оказал председатель Благовещенского горисполкома Юрий Гаврилович Ляшко – именно городские власти обеспечили проведение первого за 70 лет крестного хода от музея до храма Благовещения Пресвятой Богородицы на улице Горького. Подключился и назначенный в октябре 1991 года глава администрации области Альберт Аркадьевич Кривченко – позже, в 1993 и 1994 годах, именно по его личной просьбе в Благовещенске возобновились массовые общегородские крестные ходы со святыней.

– Как именно проходил исторический крестный ход 17 ноября 1991 года?

– Маршрут пролегал через самый центр Благовещенска. Шествие началось от здания краеведческого музея на улице Ленина, 165. Оттуда колонна духовенства и верующих двинулась вверх от Амура – по улице Пионерской или переулку Интернациональному, который сегодня символично носит имя святителя Иннокентия. Выйдя на улицу Горького, люди проследовали по ней к храму на Горького, 133. Современного Кафедрального собора в переулке Рёлочном в 1991 году еще не было – его построили только к 2003 году. Поэтому именно тот скромный приход на Горького, 133, бывший тогда единственным действующим православным храмом в городе, выполнял роль кафедрального собора и стал конечной точкой этого знакового шествия.

– Евгений, а вы лично сталкивались с проявлением чуда, которого люди ждут от Албазинской иконы?

– В 2006 году правящий архиерей Благовещенской епархии владыка Гавриил благословил сбор чудес, связанных с Албазинской иконой, для помещения их в отдельную книжку. И я тогда записывал эти истории. Однажды в храм пришла женщина и передала коробочку с золотом, там, по-моему, были серьги и цепочка, она передала их в дар иконе – когда со временем оклад икон устаревает, в реставрационных мастерских их восстанавливают из пожертвованных серебра и золота. Вышел настоятель собора Олег Волочай, и эта женщина рассказала, что когда-то, будучи больна раком, она приехала в Благовещенск и впервые зашла в храм на улице Горького, хотя она не воцерковлённый человек. Ей говорили, что там есть какая-то знаменитая икона, и её прямо потянуло в это место. Долго она стояла у иконы, муж уже устал ее ждать. Рассказала, что просто не могла отойти физически, как будто ее магнитом притянуло. Стояла, плакала... И я её спрашиваю, а в чем чудо, собственно? И она говорит – в том, что я стою перед вами, мне врачи давали буквально месяц. А с тех пор прошло уже несколько лет. Кстати, книга о чудесах, связанных с Албазинской иконой, есть в первой народной православной библиотеке Благовещенска – она располагается в областной библиотеке, в зале абонемента. Впоследствии эта книжка была переиздана при владыке Лукиане (Куценко).

Но тот случай не единственный. Матушке своего друга, которая на нервной почве расчесывала тело до крови, так что она не могла спать, я оставил как-то простую картонную иконку Албазинской Божией матери. И она мне написала письмо: «Женечка, случилось чудо. Я впервые за несколько лет уснула спокойно, просто приложила к расчёсам эту иконку». И эта история тоже вошла в книгу.

Со мной тоже случались чудеса. Мы с другом заблудились в лесу на острове Русский, не знали, куда идти, что делать… У меня с собой была иконка, и я предложил помолиться, обратился к Албазинской Божией матери. И только мы прочитали молитву, как слышим звук мотора, выезжает старый автомобиль. Оказалось, что это трудники – работники Серафимовского монастыря, который там строился. Нас отвезли к морю, мы успели и поставить палатку, и найти сухостой. А через несколько дней, когда мы возвращались оттуда, мы опаздывали на паром. И снова нам Албазинская икона помогла. Мы помолились и опять, представляете, слышим мотор, и опять эта машина! У меня постоянно в паспорте иконка эта, и на самом деле постоянно к ней обращаешься.

Фото: Благовещенская епархия

Глубоко символично, что с датой 35-летия возвращения Албазинской иконы из краеведческого музея в главный храм города совпал день открытия IV Ермогеновских чтений. Это историческое единство прошлого и настоящего подчеркивает особую связь эпох: именно старец Ермоген принес чудотворный образ на Амурскую землю в XVII веке. И в рамках этого православного форума, где будут рассматриваться вызовы цифровой эпохи, мы вместе со священником Святославом Шевченко, тоже филологом по образованию, проведем интерактивную дискуссию о сохранении традиционной семьи. Поголовное увлечение чатами с ИИ – это, по сути, новый извод нигилизма, в котором живое слово выхолащивается и превращается в набор кодов. И здесь для нас главным духовным ориентиром становится сама идея иконы «Слово стало плотью» – напоминание о том, что подлинное слово всегда несет в себе жизнь, ответственность и любовь к ближнему. История едина. Когда мы возвращаем память о дипломате графе Игнатьеве, подарившем России Амур, или возрождаем стихи и музыку сотника Леонида Волкова, павшего за Родину в 1900 году, мы делаем то же самое дело, что делали прихожане, журналисты и руководители области в 1991 году – мы восстанавливаем разорванную связь времен. Албазинская икона «Слово плоть бысть» напоминает нам, что за каждым честным словом и благим начинанием должно стоять реальное действие во имя родной земли.

Кстати, первый амурский поэт Леонид Волков упоминает икону Албазинской божьей матери в одном из самых проникновенных своих стихотворений «Темно и пусто вкруг ограды…».

Там Божьей матери икона
Стоит, лучом озарена,
Больных и сирых оборона –
Священный дар Албазина.

С верховьев до низа Амура
Икону эту чтит народ.
В часы душевного разлада,
И в ясный день, и в поздний час,
Напомнит каждому лампада,
Что есть заступница у нас.