Член Ассоциации юристов России Алена Демченко рассказала о судебной практике по взысканию дополнительной компенсации морального вреда для отца, потерявшего сына в авиакатастрофе. Об этом сообщил интернет-портал Gazeta-bam.ru.

Добровольная выплата перевозчика в соответствии со статьей 117 Воздушного кодекса России не исключает взыскания компенсации морального вреда.

Авиакатастрофа под Тындой в Амурской области произошла 24 июля 2025 года. Погибли 48 человек – все, кто находился на борту, в том числе 7 детей. Эксперты пришли к выводу, что причиной падения самолета стали ошибки как экипажа судна, так и авиадиспетчера.

Отец одного из погибших подписал с авиакомпанией соглашение о выплате 1 миллиона рублей, из которых 500 тысяч были обозначены как компенсация морального вреда. Позже мужчина обратился в суд с требованием о взыскании дополнительных 5 миллионов рублей компенсации морального вреда.

Правовая позиция представителя истца состояла в том, что выплата, предусмотренная п. 1.1 ст. 117 Воздушного кодекса России, (2 миллиона рублей на всех лиц, имеющих право на возмещение вреда при потере кормильца), имеет имущественную, а не компенсационную (моральную) природу. Размер этой выплаты фиксирован и не зависит от критериев ст. 151 Гражданского кодекса России. Включение в добровольное соглашение указания на «50 % — компенсация морального вреда» не меняет сути выплаты и не лишает пострадавших права на самостоятельную компенсацию морального вреда. Также юристы указывают на то, что соглашение о выплатах было заключено в психотравмирующей ситуации – гибель сына, нахождение мужчины на месте крушения, отсутствие разъяснений со стороны перевозчика. Необходимо учесть, что авиакомпания отвечает независимо от вины, а незавершённое уголовное расследование не освобождает от ответственности.

Тындинский районный суд частично удовлетворил иск. В пользу отца ребенка взыскан 1 миллион 200 тысяч рублей компенсации морального вреда. В части требования 5 миллионов рублей суд отказал.

В решении указано, что выплата, установленная пунктом 1.1 статьи 117 Воздушного кодекса России, «имеет своей целью возместить имущественный вред… не имеет правовой природы компенсации морального вреда», а «произведённая ответчиком добровольная выплата… при определении суммы компенсации морального вреда не учитывается». Также суд пришел к выводу, что соглашение было заключено «в результате сложившейся психотравмирующей ситуации – смерти сына».

Юристы отмечают, что решение суда имеет большое значение для практики. Суд чётко разделил имущественную выплату перевозчика и самостоятельную компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию сверх такой выплаты. В Татарстанском региональном отделении Ассоциации юристов России отметили, что дело подтверждает право потерпевших оспаривать «добровольные» соглашения, навязанные в состоянии аффекта или тяжёлых обстоятельств, и демонстрирует эффективность активной позиции профессионального представителя.

Как сообщал Amur.life, это не первый иск от граждан, чьи близкие стали жертвами авиакатастрофы под Тындой. Например, в Тындинском районном суде ранее уже рассматривался иск родственников молодой женщины, которая летела тем рейсом вместе с годовалой дочерью. Ее мама и муж требовали взыскать с компании «Ангара» 300 миллионов рублей.